Баста, Полина Гагарина - Феникс

Самый яркий звездопад, ты не знал, что загадать.
Либо вечно жить, либо исчезнуть в миг навсегда, но на месте старых ран — два расправленных крыла.
Это Феникс.
Он жил в городе виталных коробок, лишённый души, словно робот, где пепел и пыль накрывают дороги туманом сильнее, чем Лондон.
Где воздух густой и тяжёлый, как будто горит сигарета без фильтра, и масса безликих людей, ни тени улыбки, ни имени в титрах.
Когда не видно солнца, к небу никто не поднимет взгляда, и ночью дым прячет звёзды, как вор, в бриллианты.
В городе пробок, где нам ничего не светит, кроме холодного света неона.
Надежда первая ушла, оставив нас наедине с леденящей болью.
Яркая вспышка вдруг прогонит сон над спальным районом, над горизонтом домов взорвётся салют, как в день рождения сверхновой.
Небесный огонь, алым закатом, свои крылья расправил.
Он верил и ждал, ведь точно что-то должно быть там, за гранью.
Неудержимо навстречу к нему сквозь пепел, обжигающим ветром, испепеляя сомнения сквозь тернии, словно комета.
В самое сердце навечно, обещая бессмертие, мир, лишённый надежды, явился Феникс.
Самый яркий звездопад, ты не знал, что загадать.
Либо вечно жить, либо исчезнуть в миг навсегда, но на месте старых ран — два раздробленных крыла.
Это Феникс.
В чёрном небе белый пепел, будто снег, в нём давно потерян след.
После стольких лет, после долгих лет, после вечности, под ногами Млечный Путь, в этот раз нельзя свернуть.
Мы тоже ищем подвох, если счастье наконец близко.
Мы тоже боимся этих желаний, ведь они могут сбыться.
Раны пройдут, но напомнят: дорога была тернистой и длинной.
Жирные точки в наших беседах полны пустоты, будто чёрные дыры.
Но кто-то на небе узор оставляет своими горячими крыльями.
Мечту надо верить, мы верили слепо, она была ослепительной.
Звёзды, как будто завидуя, падают ярко, сгорая над городом.
От пламени Феникса даже луна повернулась на тёмную сторону.
Когда город уснёт для них, озарится вечная ночь.
Под одним зонтом они идут смотреть на Млечный, метеоритный дождь.
Взмах её ресниц, как крыльев, и вновь кипятится кровь.
Феникс сгорает дотла, чтобы греть, и неважно, какой ценой.
Можно тьму осветить собой, либо этим огнём раскалить дебила.
Фениксу ничего не жаль, ни себя, ни тепла.
Пепел кружит, медленный танец, открытый финал.
Если гореть, то ярко сиять, если жечь, то сжечь дотла.
Самый яркий звездопад, ты не знал, что загадать.
Либо вечно жить, либо исчезнуть в миг навсегда, но на месте старых ран — два расправленных крыла.
Это Феникс.
В чёрном небе белый пепел, будто снег, в нём давно потерян след.
После стольких лет, после долгих лет, после вечности, под ногами Млечный Путь, в этот раз нельзя свернуть.